Огни из Ада – 2 - Макс Огрей

Внезапно Петр Леонидович почувствовал жжение в другом кулаке, в котором он все еще держал золотой слиток. Жар нарастал. «Еще немного – и будет ожог», – подумал он, пытаясь разжать кулак, но ничего не выходило: пальцы отказывались его слушаться.

Страх отразился на лице старика, он понял, что больше не может шевелиться, а золото в руке нагревается все сильнее. Пронизывающая и жгучая боль охватила ладонь, в которой золото стало мягким, как пластилин. Парализованный дед не мог даже вскрикнуть, получалось только мычать, открывать и закрывать глаза, полные слез боли.

Тело пожилого человека сотрясала судорога. Он посмотрел на Светлану молящими о пощаде глазами, но она стояла в изумлении и не двигалась. В конце концов ей удалось перебороть удивление и страх, и она нерешительно произнесла:

– Нет, Карина, оставь его в покое…

Демон медленно повернул голову и слегка наклонил ее вбок.

– Не называй меня этим смертным именем! – голос звучал приглушенно, будто из другой комнаты. – Карины больше нет, остался только Суккуб.

Светлана посмотрела на светящийся изнутри кулак Петра Леонидовича, между пальцами которого уже прорывались яркие языки пламени:

– Суккуб! Хорошо, Суккуб! Прекрати это немедленно, Суккуб! – она сделала шаг вперед, в сторону зеркала. – Не мучай его!

– Стой на месте, Света! – голос демона был злым и агрессивным. – Еще шаг, и ты разделишь участь этого деда.

– Все, тихо. Я стою и не двигаюсь, – Светлана вытянула вперед руки, успокаивая демона. – Вот видишь, я не двигаюсь.

Тем временем золото окончательно расплавилось. Суккуб перевел взгляд со Светланы на пожилого человека, самодовольно улыбнулся и поднял бровь. Дед тут же повернул и раскрыл ладонь, в которой желто-зеленым огнем горела лужица раскаленного металла.

Расплавленное золото уже прожгло отверстие в его ладони и тонкой струйкой потекло внутри руки к плечу. Глаза Петра Леонидовича закатились от невыносимой боли, а веки мучительно дергались, не закрываясь. Светлана сосредоточенно следила за золотой жилкой, которая прокладывала себе путь сквозь тело бедного старика, сжигая его плоть изнутри.

Когда металл добрался до плеча, похоже, дедушка Максима был мертв, во всяком случае его тело больше не тряслось, а глаза были закрыты, но он все так же стоял на прямых ногах.

– Ты убила его! – с ужасом вскрикнула Светлана.

– Молчи, дура! – резко осадил ее Суккуб, не отводя взгляда от смертельного золотого ручейка, который перетекал по грудной клетке старика.

В голову Светланы пришла мысль, в момент показавшаяся ей идеальной, – бежать. Она сделала небольшой шажок назад, наблюдая за реакцией демона, который был поглощен созерцанием перетекающего золота. Этот шажок оказался незамеченным, тогда она сделала еще один, и тоже никакой реакции со стороны Суккуба. Света продолжила отходить назад, пока не добралась до межкомнатной двери, затем резко развернулась и что было сил побежала прочь. Входной двери не было, поэтому она беспрепятственно выскочила из квартиры и, не оглядываясь, рванула вниз по лестнице.

Суккуб спокойно посмотрел вслед убегающий девушке, после чего перевел взгляд на старика, а точнее, на сжигающий его плоть золотой ручей, который уже тек по второй руке и вот-вот должен был соприкоснуться с ее зеркальными пальцами.

– От своих демонов не убежишь, дурочка, – произнес Суккуб, широко улыбаясь.

Наконец золото добралось до руки демона и, расплавив зеркало, стало перетекать внутрь его тела, где сразу же растворялось без следа. Жуткие, кровавые глаза Суккуба вспыхнули сдержанным пламенем, а на безобразном лице появилась довольная улыбка. Демон задрал голову, широко расправил крылья и с наслаждением произнес:

– А это очень окрыляет. Спасибо тебе, Огнива, за такой прекрасный подарок. И тебе, Рогатка, что подсказал.

Когда золотой поток иссяк, Суккуб расцепил пальцы и освободил руку дедушки Макса. Тело Петра Леонидовича обмякло, колени подкосились, и он тяжело рухнул на пол. На мертвом лице застыла гримаса боли и ужаса, а на теле осталась черная выжженная дорожка, идущая от одной руки к другой через грудную клетку.

Демон, высокомерно посмотрев на тело старика, шагнул из зазеркалья в комнату. Затем он расправил крылья, сложил, сделал круговое движение головой, хрустнув шейными позвонками, разбежался и, выбив окно, вылетел на улицу.

В опустевшей квартире послышался удаляющийся довольный голос:

– Светик! Я лечу тебя искать, а кто не спрятался – того скоро будет не узнать…

Глава 13. Дневник Марты

1 мая

Привет, дневник! Меня зовут Марта Горелик, сегодня (1 мая 1957 года) мне исполнилось 14 лет, и с сегодняшнего дня я начинаю вести новый дневник. В жизни нашей семьи происходят большие перемены. Новая жизнь – новый дневник.

Всегда так сложно начинать писать с чистого листа, но я попробую.

Итак! Я дочь известного производителя стекол и зеркал из Польши. Моего папу, Кшиштофа Горелика, все называют «зеркальным бароном» за его умение создавать красивые зеркала, которые известны во всем мире. В прошлом году ему предложили перебраться жить и работать в СССР на очень выгодных условиях. Папа не мог отказаться, и нам нужно перебраться в столицу Советского Союза – Москву.

Сразу же после того, как папа дал согласие на переезд, в Москве начали строить дом для нашей семьи. Представляешь, дом специально для нас, для семьи из Польши, в живописном парке в Москве. Конечно, мне очень не хочется уезжать из своего настоящего дома, здесь остаются мои друзья, школа и все, к чему я привыкла, но и, естественно, отказаться я не могла.

Моя мама, Кая Горелик, тоже не хочет никуда уезжать из родного города. Она даже сначала поругалась с отцом и несколько дней с ним не разговаривала. Но папе как-то удалось ее уговорить, и поэтому всей семьей мы сейчас едем в поезде в сторону Москвы. И сегодня уже должны увидеть наш новый дом.

Я этот дом еще не видела, а только слышала о нем по рассказам отца. Если там все так, как он описывает, то мне понравится в нем жить. Интересно, какие там люди? Такие же, как мы?

2 мая

Приехали вчера вечером, устали с дороги, поэтому пишу только на следующий день.

Вот это да! Такие мои первые впечатления от нашего нового дома. Это большой двухэтажный дом с несколькими спальнями, большой гостиной, есть отдельный кабинет для папы, а для мамы большая и просторная кухня. Небольшой дворик, огороженный глухим забором с коротко подстриженной лужайкой. Дом светлый, с большими окнами и дорогими портьерами. А еще тут есть большой чердак с единственным небольшим и круглым окном. На этом чердаке я сделаю свое тайное укрытие от родителей, когда мне захочется побыть одной.

В общем, пока мне все очень нравится. А сегодня днем папа позвал нас гулять по местному парку…

3 мая

Парк, в котором мы поселились, называется Лефортовским, это один из старейших парков Москвы. У него длинная история, которая начинается с начала XVII века. В парке имеется семь (!) прудов и даже есть канал и грот Растрелли. А еще тут совсем рядом находится Екатерининский дворец, ты представляешь? Откуда я это знаю? А мне это рассказал местный мальчишка, с которым мы вчера познакомились на прогулке. Зовут его Миша Седов. Очень интересный и обаятельный молодой человек. Ему 15 лет, и он выше меня на целую голову. А живет он тут совсем рядом, в десяти минутах ходьбы от нашего нового дома. Надеюсь, что мне удастся с ним как следует подружиться.

Еще Миша рассказал мне, что хорошо знает наш дом, и так как он почти каждый день гуляет в этом парке, он видел, как идет строительство. Но вот что самое неприятное, так это то, что он назвал наш дом «проклятым». Конечно, меня не могло не возмутить такое обидное прозвище. На что он мне ответил, что так называют наш дом в народе. И что, когда дом только начинали строить, тут произошел несчастный случай со сторожем – он зимой поскользнулся и разбил себе